Ты прощай, прощай навеки, Волга-мать.
Плавал по тебе двенадцать лет.
Буду о тебе я горевать,
Да не сладить с сердцем,
Силы больше нет.
В пояс бьет тебе Садко челом.
Ласкова ко мне была ты, Волга-мать.
Только тесно мне, душа горит огнем.
Мне бы весь широкий свет обнять!
Здравствуй, господин Великий Новгород!
Что глядишь на меня?
Не сердись. Дай водицы испить.
Пей.
- Как же звать тебя? - Любава.
- Имя-то какое! - Пойду я.
Погоди, неужто не увижу тебя больше?
Не знаю.
Где ж искать тебя?
Коль захочешь - найдешь.
Любавушка!
- Иди, что ль, Вышата. - Не трожь, сам пойду.
Люди добрые, заложился я.
Поднесли бы чару, все легче в неволю идти.
Хватит с тебя, попил вволюшку.
- Горе-гореваньице у малого. - С голоду заложился.
- Счастья нету. - Откуда его взять-то?
А не ждать. Счастье само не придет.
Мне старик один сказывал в пустынях Тьмутараканских,
что легкой птицей плавает счастье в небесах.
Ты его изловить сумей. Само не дастся оно, нет.
Где ж плавает птица-счастье?
Искать надо.
Дальние земли есть неведомые, дивы там разные живут.
Может, и птица-счастье.
Вот снаряжу кораблики, поплыву.
А уж коль увижу - не выпущу.
А на что кораблики снарядишь? Много ль добра у тебя?
Вот все мое богатство.
- Не велико ж твое богатство. - Далеко не уедешь.
Не горюй, гореванин. За сколько ж заложил себя?
- За полгривны. - Только-то?
Кто полгривны даст, того и шапка соболья!
- Моя шапка! - Моя!
- Моя!
А найдешь счастье, соколик, и нам малость оставь.
Оно и бедному люду надобно.
А безрукий яйцо украл, Голопузому за пазуху пихал.
- А слепой... - ...стал высматривати!
- А глухой... - ...стал выслухивати!
- А безногий... - ...к тысяцкому побежал!
- А немой... - ... караул закричал!
Ну его, Ивашка, что с богатым связываться. Терпи.
Не хочу терпеть!
Ах, блудники! Ах, блудодеи!
Сгиньте, окаянные!
Эх, давай, давай, Тимофей Ларионович.
Мне ли, Тимофею Ларионовичу, в почете не быть?
У меня ль подклети не ломятся?
Не моей ли заботой сорок сороков кормятся?
Кто потянет супротив меня в Новогороде?
Эх, перехвалился, Тимофей.
И побогаче тебя есть гости именитые в Новом Городе.
А кто женою погордиться может?
Никто, как ты, Омельян Данилович.
Пава у тебя в церковь идет гоголем,
обратно плывет - лебедь белая.
Эх, ладны, эх, веселы братчинки у нас!
Так ли оно?
- Это кто таков? - Откуда взялся?
Откуда взялся - там уж нет меня.
А родился я в Новом Граде, а зовут меня Садко гусляр.
Не знаем такого.
А чего пришел на почестен пир?
А зачем на пиры ходят? Именитым гостям песню спеть.
Пой, посмотрим, каков ты есть гусляр.
А не то взашей!
- Да чего ему петь? - В толчки его.
Пусть поет.
Умный хвастает отцом-матерью,
Глупый хвастает молодой женой,
Купец хвастает мошной тугой,
Богач хвастает золотой казной...
На кого это у тебя язык твой срамной повернулся?
Как ты смеешь в нашем веселье да такие слова брехать?!
Это все присказка. Дозвольте и сказку вам сказать.
Видел я его на торговище.
Смущал речами бесовскими голь перекатную.
Тише, господа новгородцы.
Не биться я с вами пришел, не ссориться.
С просьбой пришел.
А коль обидел в чем, простите.
Просить пришел? Давно бы так.
Говори, чего надобно.
Слушайте меня, гости именитые.
Все ль вам чваниться да бражничать, торговать да лукавить?
Хоть толста мошна, хоть куда,
все равно ее в рай с собой не утащите.
Взяли б свои товары,
повезли бы их за океан-море, в дальние земли,
удивили бы там всех соболями нашими пушистыми,
медами стоялыми.
Славу Новогороду добыли бы.
Да безумный он, юродивый!
Голь нас учить вздумала!
- Вот он каков! - Взашей его!
- Взашей! - Долой его, смутьяна!
В толчки его!
Правду говорит гусляр.
Ты ль это говоришь, Василий Потапович?
Я!
Да ведь голь перекатная нас сиднями назвала, глупыми.
Молод он еще, неразумен. А говорил он верно.
И речь его удалая на пользу нам.
Зелен он еще верховодить. Я сам себе большой набольший!
Дед, правду говорит гусляр?
А тебе-то что? Твое дело скоморошье - дуди да сопи.
- Дед, я с ним пойду. - Я вот тебе пойду!
Товаров наших захотел?
Для Садка и мы товары припасли: черепаны биты да гнилы горшки.
Погоди, дед.
Правду он говорит. На печи сидим, казной сундуки набиваем.
Ты что, Кузьма, собачий сын? К голи прибиваешься?
Отца срамить? Плетей хочешь?
Вот они, речи бесовские.
Ладно, уйду я от вас, гости именитые.
Сам добуду корабли.
А богатство ваше пылью размечу!
Шелками улицы выстелю! В золотое платье голь одену!
Врете, купцы новгородские.
Добуду корабли.
- Возьми меня с собой. Садко. - Ты кто таков?
Я Ивашка-скоморох. Верой-правдой тебе служить буду.
Мал ты еще.
Жизни своей не пожалею. Возьми с собой, пригожусь.
Добро, будешь первым дружинником.
А до времени жди. Мне думу думать надо.
Эх, гусли мои звонкие, Вы одни со мной осталися.
Ой, ты, темная дубравушка,
Расступись, дай мне дороженьку.
Сквозь туман, слезу горючую
Я не вижу света белого.
Слушай, ты, волна зыбучая,
Ты, раздольице широкое,
Про мою ли участь горькую,
Да про думушку заветную...
Что ж ты и не поглядишь на меня даже?
Экое ты диво дивное,
красота несказанная!
- Люба я тебе? - Кому ж не люба краса такая?
И ты мне люб.
Полонила сердце мое песня твоя.
В чем горе твое, желанный мой? Говори.
Сама не помогу - отца попрошу.
Кто ж отец твой, краса-девица?
Мой отец - грозный царь морской.
В бездонных глубинах стоит его терем лазоревый.
Там рыбы златоперые стадами ходят, чуда морские.
Великое царство у отца моего.
Пойдем со мной туда, Садко.
Погоди. Рано мне еще с земли уходить.
Посулил я народу изловить птицу-счастье.
А как исполнить то - не ведаю.
Не на что мне корабли снарядить. Огнем душа горит.
Не на что корабли снарядить?
Знаешь что, приходи поутру.
Пригоню я тебе рыб златоперых. Нет им цены.
Полюбишь меня тогда?
Пора мне, заря утренняя близка.
Прощай, Садко.
Приходи поутру.
Рыб златоперых!
Нет им цены!
Ну, купцы новгородские, держись!
Кончай работу! На вече! Пошли!
Что случилось? Почему ночью звонят?
Почему звонят?
Князя нового сажать аль старого провожать честью?
- Кто посмел вече собрать? - Я!
Снова смутьян этот объявился?
- Унять его! - Взять его!
Не велите казнить, братья вольные, велите слово молвить!
- С моста его, да в воду! - Пусть говорит.
Пусть говорит. Говори, Садко!
Слушайте меня, люди вольные!
С добрым словом шел я к Новгороду, славы хотел ему добыть.
Насмеялись надо мной гости торговые.
Не верят мне ни в чем.
А я говорю пред всем народом:
как взойдет солнце, закину я невод в Ильмень-озеро
и изловлю чудо-рыбу золото перо.
Неоткуда здесь взяться такому чуду.
Ты что дурнями нас делаешь?
С моста его, да в воду!
Лови, Садко, рыбу! Лови рыбу золото перо.
Что ж, купцы именитые, давайте биться о велик заклад.
Коль изловлю чудо-рыбу, отдавайте мне товары свои.
Не изловлю - рубите буйну голову.
Хорош заклад?
Как мыслишь, Орхип Севастьянович?
Не дорого нам голова достанется.
- Ну что, купцы, согласны? - Согласны.
Люди вольные, новгородские, все слышали про велик заклад?
Все!
Так тому и быть!
Взойдет солнце, лови, Садко, свою чудо-рыбу.
А не изловишь до заката - скатится голова твоя с плеч.
Ладно!
Солнышко!
Кто со мной пойдет?
Возьми меня, Садко! И меня! И меня!
Не рыбу ловить зову вас, за счастье поплывем.
Не дешево это дастся, не у каждого силы хватит.
Кто искус пройдет, тот и пойдет со мной.
Ладно, испытывай.
Ишь, дружина ему надобна рыбу ловить.
Ничего, пусть потешится до заката.
Давай плаху ладить скорее.
Подкатите бочку зелена вина.
Да чару дайте добрую.
А ну, народ честной, подходи!
- Давай, Садко, испытывай. - Пей.
Не годится, слаб. А ну, ты.
- Давай. - Принимай чару.
Молодец. Теперь с ног тебя сбивать буду.
Бей.
И этот слаб.
- Ты меня испытай, Садко. - Давай, Кузьма, принимай чару.
Устоишь - годишься в дружину, собью - не взыщи.
Ладно, бей, в обиде не буду.
Молодец, Кузьма! Становись по правую руку.
Испытай меня, Садко!
Тьфу ты, голь перекатная, погляди, что удумал.
Не беда, уж не долог конец.
Годишься.
- Ты меня испытай. - Вышата, становись направо.
Нет, ты мне зелена винца поднеси.
Пей.
Ладно, бей уж.
Чего ж его кулаком испытывать. Его вязом червленым надо.
Можно и вязом, не велико дело.
Пусть медведя моего повалит.
Поглядим, каков ты есть богатырь.
Можно и медведя, давай.
Ну, косолапый, держись!
Тише ты, идолище! Зверя зашибешь, дьявол!
Ну, Вышата, силен! Становись.
Слышь, Садко, а меня возьмешь?
Куда ж тебя такого?
А ты не гляди, что я хлипкий. Я тебе пригожусь.
Вина моя душа не терпит и убить меня ниткой можно.
Зато хитер. Гляди.
Видал?
Ай да Трифон! Молодец! Годишься в дружину.
А теперь, побрательнички, невод шелковый тащите.
Солнышко уже высоко.
Товаров наших захотел!
Для Садка и мы товары припасли.
Пойдем лавки открывать.
У, голь перекатная.
Не то.
- Нету рыбы золота пера. - Нету.
Нету! Нету!
Ай, спасибо тебе, царевна!
Поймал!
Поймал! Поймал!
Поймал!
Походи-ка голью, купец дорогой, и в нашей шкуре.
Что невесело глядите, гости именитые?
Жребий метать - после не пенять.
Подавайте ключи от лавок ваших!
Ну-ка, дружинушка! Получайте ключи от лавок с товарами!
Добывайте стрелы, мечи острые,
надевайте мятели новые.
Были вы голь перекатная, стали бранный люд.
Шелков не жалейте, ни камки, ни бархата.
Все под ноги люду неимущему мечите.
Что не весело глядишь, Трифон?
Платья цветного не хватило тебе аль гордишься?
А чему гордиться? Ума мне платье прибавит, что ли?
А вот ты не рано ли загордился?
А отчего ж не погордиться мне? Погляди, как народ веселится.
Оделись, обулись, сыты все.
Все ли сыты? Ты получше погляди вокруг, оглянись.
- Что это? - Народ, голь.
Роздал ты лавки, роздал товар красный, все роздал, что имел.
А счастье дал немногим.
На чем поплывешь за счастьем?
Забыл я про корабли.
- Хотел сразу счастье дать. - Ан не вышло.
- Любавушка! - Садко!
Отчего дрожишь так, лада моя?
Матушка не велит думать о тебе.
Неужто думает, что обижу тебя?
Говорит, непутевый ты.
Прилетел Бог весть откуда, нашумел.
Гостей именитых осрамил.
Нажил легко, да пустил все по ветру.
Какое уж счастье с тобой?..
Это не я, это матушка так говорит.
И впрямь непутевый.
Какое уж счастье со мной.
Ох, горько мне, Любавушка.
Самому невдомек, как и что.
Все бы мне как получше хочется,
а подхватит меня и как волной понесет.
Правду говорит матушка.
Загублю я тебя, тихую.
Не верю я матушке.
А хоть бы и правду она сказала, все равно мне.
Делай что хочешь.
Горе стерплю, обиду любую стерплю.
Только не покидай меня, ладо мое!
Мне с тобой расстаться - сердце перервать.
Расстаться?
Да, Любавушка, коль добуду корабли - поплыву.
Не любишь ты меня.
Больше света белого люблю.
Когда для себя одного счастье искал, никуда бы от тебя не ушел.
Да ведь людям обещал.
Теперь не отступлюсь.
Плыви, коли душа твоя не терпит.
Плыви да помни, думы мои всегда с тобой.
Вот и все, что осталось мне.
Ай, спасибо тебе, царевна!
Братья мои, просыпайтесь!
Глядите, богатство какое!
Черпайте из челна золото, бегите-ка к пристани.
Зовите мастеров умелых.
Пусть строят кораблики крепкие да выносливые.
Бока чтоб змеиные были.
Нос, корму пусть по-звериному выводят!
Не мешкайте, дружиннички!
Зовет нас синее море!
Не забудешь?
Вовек не забуду.
Ты жди меня, Любавушка, жди.
Не слушай злых наговоров.
Из-под земли вырвусь, а к тебе вернусь.
Вон, гляди, это мои вестники.
Каждый год по одному посылать буду.
Да вот еще тебе ладанку вышила.
Для родной земли.
Ну, иди, пора тебе.
Не пойду я с тобой.
Не хочу слез людям показывать.
- Что скажете, купцы? - Ты, Садко, зла на нас не держи.
- Мало ли что ночью примерещится. - А утром развеется.
Полно, купцы, нечего нам старое вспоминать.
Кто бежит, тот и спотыкается.
Сами видим теперь, что печешься ты о славе Новогорода.
Да разве ж нам она не дорога?
Иль мы не новгородцы? Нужны товары наши - бери.
Спасибо вам, купцы, на добром слове.
Плыви, Садко, потрудись для людей.
Неприветно гостей здесь встречают.
Свары не надобно нам.
Захотят торговать - ладно, а не захотят - без них проживем.
Нам бы только узнать, нет ли здесь птицы-счастья.
- Ой ли! - Порасспросим.
Остановитесь!
Зачем пришли? Кто звал вас?
Что ж так неласково? Из-за моря мы пришли синего.
Издалека, с миром.
Людей хотим посмотреть, себя показать.
Торговать с вами хотим.
Уходите, пока целы.
Что испугались-то нас?
Еще один шаг, и этот шаг будет твоим последним.
Можно и остановиться. Почему ж не уважить хозяев.
Ты нам лучше скажи, нет ли у вас здесь птицы-счастья?
Наше счастье в том, чтобы убить врага.
Что ж это за счастье - кровь человеческую пролить?
Бывает надобно, тогда и прольешь.
А счастья в этом не вижу.
Проживем без них.
Только даром порты измочили.
Шаг был сделан.
Вперед, сыны мои! Убейте их.
Садко, берегись!
Эх, да кто их трогал.
Сами замахнулись, теперь не пеняйте.
А ну, побрательнички, бей!
- Ты что здесь делаешь? - Меч бы мне!
Мал еще. Посиди-ка вот здесь, на кораблике.
Садко!
Кровь ему захотелось, дьяволу!
Остудись!
Эй, парус давайте!
Парус тащи сюда! Скорей!
Тише ты, идолище, коня попортишь.
Авось цел будет.
Тащи его на корабль.
Славный подарочек будет для Садко.
Ну и люди.
- Где уж тут быть птице-счастью. - Что-то не верится.
Не беда, побрательнички, все земли исходим, а счастье найдем.
Год прошел.
И второй пролетел.
И третий серым волком скачет.
Все глаза проглядела, глядючи.
Все песни испела, ожидаючи.
Где ж ты, милый мой, лада моя...
Эй, люд крещеный и некрещеный,
такой, сякой, мазаный, а ну, подходи, подходи!
А ну, люд торговый, налетай, расхватывай!
А ну, подходи, подходи!
Садко!
- Есть в этом городе птица-счастье. - Где ж она?
Вон в тех хоромах, в золотой башне,
за семью стенами, у самого ихнего князя.
- Пойдем. - Погоди.
Тьма воинов охраняет дворец. Головы зря сложим.
Только взглянуть.
Не спеши, Садко. Тут хитрее надо действовать.
Больше всех сокровищ любит этот князь добрых коней.
Ну что, если мы...
Ай да Трифон!
- Что за люди? - Что за люди?
Вольные мы люди, новгородцы.
Торгуем медами стоялыми, соболями пушистыми.
Почет тебе, светлый князь.
- Твой конь? - Мой.
Сколько хочешь за коня?
Не продажный конь, для себя берегу.
Ты смеешь противиться мне?
Не гневайся, продать не могу. А вот если хочешь сменять, можно.
Меняться? Давай. Что хочешь?
Прослышали мы, есть у тебя птица Феникс.
Вот бы нам такую в Новгород.
Давай птицу за коня.
Дерзкий человек!
Птица эта - чудо, а ты хочешь в обмен на коня.
Вот велю вас слонами затоптать, а коня себе возьму.
Нельзя.
Нельзя, конь-то завороженный.
Кто его лихим путем возьмет, тот помрет дурной смертью.
Вот он каков!
Тогда давай так. Сыграем в тавлеи золотые.
Выиграешь - птица твоя.
Проиграешь - мой конь.
Ладно, сыграем.
Отдай слона.
Шах.
Выиграл! Мой конь.
Проиграл, пресветлый князь.
Хорошо. Выиграл ты мои сокровища.
Только смотри, как бы ты жизнь свою не проиграл.
А это уж наша забота. Ты знай, плати, князь.
Ну, пойдем.
Идите.
- А как же обратно? - Небось, выйдем.
Кто ж назад пойдет?
- Может, вернемся назад? - Нет.
Опуститесь на ковры, искатели счастья.
Здесь преддверие блаженной страны покоя.
Вы долго гнались за счастьем,
протягивали к нему жадные руки
и, как многие до вас, обрели пустоту.
Гол и сир человек на земле.
И так будет вовеки.
Горе тем, кто хочет деянием добыть счастье.
Счастье - это покой.
Сон.
Мечта.
Слушайте меня, глядите на меня,
пока глаза ваши не застелет слезами.
И уясните навсегда.
Какое вам дело до злого мира и других людей?
Никого не жалейте, ни о ком не плачьте.
Я, птица Феникс, буду петь вам сладкие песни.
Спите.
Тихое счастье, тихое счастье.
Счастье.
Спите...
Не гожи нам эти песни.
Дура птица, ты выйди, на белый свет посмотри.
Пой им, может, сыты станут ваши людишки.
Нет, и это, видать, не то счастье, что надобно нам.
Пойдемте, побрательнички!
- А с окаянной этой что делать? - Сунь-ка ее под полу.
Довезем до Новгорода, пусть дивятся люди, все ж чудо.
Это можно.
Шипит еще, куколь. Нечисть окаянная!
Ну?
Пора, они уже спят.
Идите и принесите их головы.
- Ишь ты! - Испугался.
Не любит проигрывать князь.
- Как бы отыграться не захотел. - Пусть попробует.
- Что делать? - Погоди.
Тут уж как счастье повернет.
Счастье, говоришь?
А ну-ка, птица мудрая, спой им песню о счастье.
- Пой, пока честью просят. - Пой!
Пой, говорят тебе!
Опуститесь на колени, храбрые воины,
и усните крепким сном.
Я, птица Феникс, буду петь вам
сладкие песни.
Тихое счастье, счастье...
Спите...
Тихое счастье...
Спите... спите...
Ох, и тяжко мне, добру молодцу,
Без родного отца, матушки.
Далеко пролегла дороженька,
Не свернуть, не сойти, не съехати.
А и где ж отыскать ту дороженьку,
Что к родимой ведет сторонушке.
Ах, родимая ты сторонушка,
Как же без тебя прожить...
Обманул старик, нет за морями счастья.
Ставь паруса шелковые!
Поворачивай носы к родной стороне.
Дружина моя храбрая, много по морям мы плавали.
А про дань царю морскому забыли. Видать, осерчал царь.
Человечьей жертвы царь морской требует.
Что ж, братья, я вас по морям водил, мне и ответ держать.
Вместе радость делили, вместе и кручину поделим.
Жребий надо метать. На кого выпадет, тот и пойдет.
Правильно.
Нет, братья! Я должник морского царя.
Видать, пришел мой черед.
Сослужите, побрательнички, последнюю службу:
киньте на воду дощечку кипарисовую, да гусельки дайте.
Не плачь, Ивашка. Не помер Садко, значит, жив еще.
Может, и свидимся.
Поклонитесь люду новгородскому и желанной моей.
Не поминайте лихом!
Лети, мой вестничек, маши крылами белыми.
Найди друга моего милого.
Скажи ему, измаялась его голубиночка.
Но ждет и ждать не устанет вовек.
На земле золото дороже булат-железа.
Ах, нет, булат-железо дороже.
- Нет, золото! - Нет, железо!
Как ты смеешь мне поперек говорить!
- Небось, я царь морской! - А я - царица!
Мой отец тебя из милости приютил. Ты мне покорствовать должен.
- Нет! - Да!
Не должен! Вот хвачу тебя трезубцем, тогда взвоешь!
Ага, Садко богатый гость пожаловал.
Давненько жду тебя. С гуслями пришел?
- С гуслями, пресветлый царь. - С гуслями!
Это не гусли, а домра.
Глаза твои бесстыжие! Какая домра? Гусли это.
- Домра! - Гусли!
Уймись, а то не знаю, что сотворю!
Домра!
Скажи ты ей, что это гусли.
Чего ж я буду в спор между мужем и женой встревать.
Я лучше вам, пресветлый царь с царицей, песню сыграю.
Играй, может, сердце отойдет.
Ох, ты, батюшка, ты царь морской,
Говорит молва, что ты богат и лют.
Див таких не видел глаз людской.
Не захочешь - гусли сами запоют.
Эх, пляши, пляши, пляши, пляши, пляши, пляши,
Больно царь с царицей хороши.
Как же тебе, батюшка, скуку скуковать?
Как же тебе, грозному, веселу не быть?
Не вели Садко за песню ты казнить,
А вели ты лучше чудищам плясать.
Эх, пляши, пляши, пляши, пляши, пляши, пляши,
Больно царь с царицей хороши.
Эх, давай шибче!
Корабли тонут? Люди гибнут? Так нет же!
Что случилось?
- Зачем играть перестал? - Полопались струны.
Надо на землю за новыми сходить.
Ишь ты, хитрый какой!
Только пришел и уж на землю захотел.
Да спервоначалу женись на моей дочке.
Видишь, сколько их?
А потом, коли захочешь, ступай за струнами.
Выбирай, какая тебе люба.
Скажи, что на мне женишься.
Ведь не женюсь.
Пообещай только. Помогу тебе еще раз.
Эту беру!
Эту не отдам, это моя любимая дочка.
- Другую бери. - Другую не возьму.
Да как ты смеешь!
Вот я сейчас слугам своим моргну, по кускам тебя разнесут.
Проси матушку.
Не хочет царь. А ты, царица, как рассудишь?
Пусть женится.
А я говорю не женится он на ней.
- Женится! - Не женится!
Нет, женится!
Пусть женится на ком хочет, мне то что.
Зачем велела обмануть отца своего? Не могу я жениться.
Знаю, что не мила тебе, да ведь я люблю тебя.
Не волен я в сердце своем, земной я.
Ты уж прости меня, грешного. Что поделаешь, не судьба нам.
А может, управишься с сердцем?
Нет, не смогу.
И надо бы рассердиться на тебя, да невмочь.
Видно, и вправду говорят, сильна любовь.
Чего ж теперь ты хочешь?
Воздуха вольного хочу.
Помоги, царевна, в Новгород добраться.
Что ж... пойдем.
Осиротели мы с тобой, Васенька, нет нашей Ильменьюшки.
Скачи, Садко. Нет резвее этого конька во всем морском царстве.
Спасибо, царевна.
Прощай, не свидимся мы больше с тобой.
- Прощай, царевна. - Скачи, не то раздумаю.
Вставай, царь! Садко сбежал!
Как сбежал?! Раковину мне ездовую!
Любавушка! Лада моя!
- Садко! - Желанная моя!
Любимый.
Где Садко?
Нету Садко.
Как это нет? А вот он я!
- Нашел счастье? - Нашел.
Где ж оно?
Вот оно!
Тридевять земель обошел, на дне морском побывал,
а ничего нет краше земли родной!
Вот оно, наше счастье!